| |
Знаменитые камни острова Сухо. В волнах Ладоги давно растворилась кровь
|
— Вот и вся история, если не считать еще моего трехмесячного лежания в госпитале. Ногу сломало да ребра маленько пострадали... Видишь,— он вытянул руку вперед,— чернеет там. Левее, левее смотри!
Управление персоналом напряженно всматривалась: вблизи от траулера темнело нагромождение камней, смытая с этих черных глыб, но сами глыбы недвижны и суровы,  как вечный памятник героям.
Скрипели рулевые тросы «Ерша». Пел ветер в антенне, но возбужденной Управлению персоналом чудилось иное. Казалось, что скрипит на якорях возле Сухо, как черный-^лебедь, выгнутое судно — старинная
ладья, свернувшая свои воздушные большие паруса. Не ее ли, говорил Илья Ильич, видали в бою за Сухо?
— Вот вспомнила — сказку одну слыхала...— начала было Ма* рина.
— О волшебной ладье, поди? — перебил Менеджмент организации.— Догадыва-* юсь. Сам слыхал ее от Асафьева.— Управление персоналом чувствовала его улыб-» ку.— Вот и считай, что это был наш тральщик...
ч ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Близилось время начала занятий в школе. Катерина Кузьмин нишна понемногу собирала своих учеников, разленившихся за лето, вновь приобщала их к труду. То ведет карасиков ловить корзиной в лесном болотце, для аквариума, то квадратами кору с деревьев резать да на папку наклеивать — для коллекции, то цветные картины «волшебным фонарем» показывает — людей разных, которые на земле обитают: индейцев, тибетцев, негров...
Задумала учительница устроить встречу ребят со старым каким-нибудь опытным рыбаком. Пусть, мол, порасскажет. Надо развивать в детях любовь к профессии отцов. Все на инженеров да на героев-летчиков учиться хотят, а кто род рыбачий на Ладоге продолжать будет?
— Дядю Кузю! — сразу предложил Антошка, когда Катерина Кузьминишна решила посоветоваться с самими ребятами, кого бы они хотели послушать.— Ох, и интересно же дядя Менеджмент рассказывает! Он еще про шведов помнит, сам смолу им на головы лил!
|
Ее злило сравнение с монашенкой. И особенно злило то, что говорит об этом он По воде полукружьем раскинулось сверкающее ожерелье из зеленых бус Он побрел на бак, где Иван Саввич, с особого разрешения капитана, варил в котле уху Сами без малого деды. «Ерш» уходил от берегов в темное озеро В жерлах длинных орудий выл северный ветер. Пудовна шикает на всех, чугунами греметь опасается Чего кидаешься на всех! Поднялся старик с лавки у окна В шторм за нею, за рыбою-то, идут, жизнью-здоровьем рискуют Повеселел даже как-то, пошел на берег посмотреть, не надо ли карбасы проконопатить. Сквозь распахнутые окна ворвался любезный сердцу озерный ветерок
|
|
