| |
Помаленьку про его ладью позабыли. Много лет-веков минуло
|
Высокие, белые, как облака летом. Сел в ладью мастер, вышел в озеро, чайкой улетел. А враг все плывет и плывет на кораблях своих, бесчинствует по селам прибрежным,  но уже не безнаказанно, понятно. Новгородские дружины подошли навстречу иноземцам, тоже в ладьях, бьются насмерть! И скажи, какое дело! Как сойдутся с врагом новгородцы, так в помощь им ладья незнаемая летит. Врубит нос в неприятельский кораблишко — утопит. Не мог враг про-тнву пее устоять... Что там случилось — не скажу, только не вернулся больше ладейный мастер в Набатово., случилось царю Петру из Свири в озеро на заграничном галиоте выйти. Сверкает весь кораблишко, разукрашеп, что птица индийская. А только маневру должного нету в нем. Сел на мель. Теперь-то как толкуют: что баркас будто бы царя выручил, подошел да снял с мели, которую так и прозвали — Царёва. А старые люди иначе передавали: не баркас то был, а ладья —* не петровского времени — особенная, невиданная. Сидел, в ней молчальник бородатый, распустил паруса, мигом до Орешка царя доставил. Царь ему: «Какую хочешь проси награду»,— говорит. «А на что она мне, награда твоя? — Это мастер-то.— Я и без наград народу русскому служу. Будет мир людям на земле — вот и вся мне награда».
Асафьев оглянулся вокруг, придвинулся к Управлению персоналом, заговорил еще тише, совсем по-заговорщицки:
— Снова теперь... Может, слыхала про остров Сухо? В газетах писали. В сорок втором году захват немцы с финнами хотели
совершить. Важный остров был — на самой дороге. Наши приметили, что враг к острову плывет, из пушек ударили. Корабли со всего озера слетелись, разнесли врага в прах. Потом глянули командиры да матросы — видят, словно чайка легкая, уходит из боя крылатая ладья. Сам слыхал, лавровские рассказывали, которые в бою том были. Веришь, Даниловна?
Хитро светились смешливые глаза Асафьева; поняла Управление персоналом: доволен, что такое удивительное завершение придумал старинной ладожской сказке.
|
А солдаты, дядь Кузь, были? Которые воюют? Белогрудому котенку, путавшемуся в ячеях трала, мелькание челнока Взяли, трояк за год вперед уплатили. Дешево, как говорится Вздохнул, отшвырнул котенка так, что тот три раза перевернулся А ежели утроил ты отцовское наследство да поделил Возле карты стоял рыжий Иван Саввич в чесучовом костюме Сын, внук и правнук рыбачий, Иван Николаевич Ветров Ожидать ей пришлось еще с полчаса. Но она не скучала Ее злило сравнение с монашенкой. И особенно злило то, что говорит об этом он По воде полукружьем раскинулось сверкающее ожерелье из зеленых бус
|
|
