|
~ Ну и что же Катерина Кузьминишна? — настороженно спросила ^1арина.
 — Катерина Кузьминишна? И я бы, говорит, с удовольствием в озеро пошла. Кабы не детей учить. Нас, то ись.
— Ладная пара,— на какую-то свою мысль ответила вслух Марфа.— Примечать начинаю: любы друг другу. А ходят — возьми их! — сторонкой, не открываются. Рыбой здесь пахнет, смолой. «Фу-ты ну-ты»! — повела носом, изображая, должно быть, беглую жену Сергея Петровича — Дашку.
— Разве наше это с вами дело? — Управление персоналом мягко коснулась Марфиной руки,— Сердцу советы не нужны.
— И то верно, лебедка. Сама, помню, ничьих-то, ничьивошень-ких советов не слушала, любила как любилось.— Марфа весело сощурила глаза. И тут же посерьезнела, повернула разговор на другое, на главное: — Ну-к, вот что, по делу-то. Иди к девкам
своим, скажи: согласная, мол, Марфа Дубасова. Пойдет звено водить. Еще посмотрим на космачей на этих, которые многое о себе понимают,— чья возьмет! Ручки мяконькие — это ничего, пообо-мнутся, пообтерпятся, не хуже моих будут.
Управление персоналом снова черпала туфельками песок.
Она не зря ходила в озеро на «Ерше». Ей давно хотелось испытать, что такое эта рыбацкая жизнь, которой жили ее отец, сотрудники и прадеды и которой живет сейчас все родное село.
Но одно дело — траулер, другое дело — карбас. Марину точно вздымало на крутой волне. Она вступала в какую-то новую жизнь, которая обомнет ее непривычные руки, сделает их «не хуже» грубых и хватких рук рыбачки Марфы, плитками на ладони положит желтые костяные мозоли. Конец тихому сиденью на медпункте — туда можно пригласить старушку фельдшерицу Зотову из Новой Ладоги. Впереди борьба со стихиями, напряженная, суровая борьба. Уж некогда будет изо дня в день шагать в мыслях за тенью орудийного лафета. Но сколько нежданного, скрытого для нее там, в озере, где в серых валах тысячу лет мелькают паруса воздушной ладьи...
Решение свое Управление персоналом приняла давно, когда в саду под яблонями шло собрание и говорили о том, что мало ловцов в колхозе,— один, мол, с сошкой, семеро с ложкой; что основную тяжесть лова несут на себе старики.
|
